vault backup: 2026-03-26 03:16:24

This commit is contained in:
sShemet
2026-03-26 03:16:25 +05:00
parent a3837d3e4f
commit 7fb3ccc6dd

View File

@@ -789,4 +789,118 @@ IM NOT A SPY! PLEASE! THIS IS A MISTAKE!
Я в полной готовности!
--------
**Красные врата (Akaki Mon)** **Рут Каваими — День 6 • Провал**
Мы шли по густому лесу молча. Каваими двигалась впереди — босиком, почти бесшумно, только иногда ветка хрустела под её ногой. В руке она держала свой огромный охотничий нож — старый, тяжёлый, с тёмным лезвием. Я шёл следом, пытаясь ступать так же тихо.
Она вдруг остановилась и подняла руку. Я тоже замер.
**Каваими** (тихо, почти беззвучно) Кабан. Большой. Близко.
Мы медленно двинулись дальше. Воздух был тяжёлым от запаха влажной земли и листьев. Я наступил на сухую ветку.
Хруст.
Громкий. Резкий.
Каваими мгновенно обернулась.
Из кустов прямо на нас ломился огромный кабан — чёрный, в пене, глаза красные от ярости. Клыки блестели. Земля дрожала под его копытами.
**Каваими** (резко) Беги!
Но я не успел.
Мир моргнул.
Секунда полной тишины и темноты.
А потом — свет.
---
**Провал**
Я лежал на холодном металлическом столе. Яркие лампы слепили глаза. Запах — спирт, кровь, металл.
Руки и ноги зафиксированы широкими ремнями. Во рту — трубка. Я не мог пошевелиться.
Надо мной склонились фигуры в зелёных халатах и масках. Один из них держал в руке **огромный нож** — длинный, тяжёлый, как охотничий, только стерильно блестящий.
Он медленно опустил лезвие мне на грудь.
Боль была мгновенной и невыносимой.
Я закричал — но из горла вырвался только приглушённый хрип. Трубка мешала.
Нож вошёл глубже. Разрез. Ещё один. Холодный металл внутри тела. Я чувствовал каждое движение.
**Доктор** (наклоняется совсем близко, голос спокойный, почти ласковый) Тише… Прими всё как есть… и будет легче…
Он продолжал резать. Медленно. Тщательно. Без наркоза.
Я дёргался. Ремни врезались в кожу. Слёзы текли по вискам. Боль была такой чистой, такой настоящей, что мир сузился до одного этого ножа.
**С.** (мысленно, в агонии) Принять… как есть… сейчас… это сейчас…
Мир снова моргнул — глубже.
---
**Провал в провал**
Мне восемь лет.
Я иду домой пешком. Велосипеда нет — старшие ребята отняли его у реки. Колено разбито, ладони в крови от асфальта.
Я боюсь. Папа будет ругать. Он всегда говорил: «Не теряй вещи». А я потерял.
Дверь дома. Я стою на пороге, дрожу.
Папа открывает. Смотрит на меня. Видит разбитое колено, грязную одежду.
Я жду крика.
Но он просто приседает на корточки и кладёт тяжёлую ладонь мне на плечо.
**Папа** (спокойно) Ну что… отняли? Бывает. Прими. Сейчас — так. Завтра вместе пойдём и вернём. А может, и отомстим как следует.
Он улыбается уголком рта. Не злится. Просто принимает.
И я вдруг понимаю: можно не держаться за «как должно быть». Можно принять то, что есть прямо сейчас.
---
Тьма исчезает.
Я резко вдохнул.
Я снова на острове.
Лежал на земле у самой ловушки. Кабан — тот самый огромный чёрный зверь — уже висел в крепкой сетке, подвешенной к толстому дереву. Он брыкался, визжал, рвался вниз.
Каваими стояла рядом. В руке — всё тот же огромный охотничий нож. Тот самый, которым меня только что резали.
Она подошла к кабану. Положила ладонь ему на бок. Тот дёрнулся, но она не убрала руку.
**Каваими** (тихо, почти нежно) Тише… Прими. Сейчас — так. Ничего не поделаешь.
Она провела пальцами по его шкуре. Кабан постепенно затихал, только тяжело дышал.
Каваими повернулась ко мне. Её глаза — дикие, но спокойные.
**Каваими** Ты тоже. Принял.
Она протянула мне руку и помогла встать. На её ладони была свежая кровь — не моя.
**С.** (мысли) Нож… тот же самый… Я принял. Не боролся. Просто был здесь. Сейчас.
Каваими вытерла нож о штанину и убрала его за пояс. Кабан в сетке уже почти не дёргался.
**Каваими** (коротко) Теперь — ужин.
Она не улыбнулась. Но в её глазах было что-то очень близкое к теплу.